А. П. Лопухин. Толковая Библия. Толкование на книгу Левит

ПОИСК ФОРУМ

 

Глава 14

Лев.14:1. И сказал Господь Моисею, говоря: 
Лев.14:2. вот закон о прокаженном, когда надобно его очистить: приведут его к священнику; 
Лев.14:3. священник выйдет вон из стана, и если священник увидит, что прокаженный исцелился от болезни прокажения, 
Лев.14:4. то священник прикажет взять для очищаемого двух птиц живых чистых, кедрового дерева, червленую нить и иссопа, 
Лев.14:5. и прикажет священник заколоть одну птицу над глиняным сосудом, над живою водою; 
Лев.14:6. а сам он возьмет живую птицу, кедровое дерево, червленую нить и иссоп, и омочит их и живую птицу в крови птицы заколотой над живою водою, 
Лев.14:7. и покропит на очищаемого от проказы семь раз, и объявит его чистым, и пустит живую птицу в поле. 
Лев.14:8. Очищаемый омоет одежды свои, острижет все волосы свои, омоется водою, и будет чист; потом войдет в стан и пробудет семь дней вне шатра своего;

Соответственно полному отлучению прокаженного в течение его болезни не только от святилища и всяких общественно-богослужебных отправлений, но и от гражданского общества народа завета, обряд очищения выздоровевшего от проказы обнимал 2 акта. Сначала священник (в своей обыденной одежде) вне стана удостоверялся в действительности выздоровления бывшего прокаженного и затем совершал обряд принятия его в общество его народа, восстановления его в гражданско-теократических правах, следующим образом. Священник приказывал взять для очищаемого 2-х «живых» (может быть – быстро летающих) птиц, евр. zipporim (Vulg.: passeres; но вероятнее вообще «чистые»; евр.: «tehoruth – птицы, по Vulg. – «quibus vesci licitum est»), причем, по Мишне (Негаим 14:5), обе птицы в отношении цены, величины и внешнего вида должны были быть равны; брались также кусок кедрового дерева, иссоп и червленая, кармезиновая нить: последнею обвивался стержень иссопа и прикреплялся к палочке кедрового дерева (Негаим, 14:1). Одна из 2-х живых птиц была закалаема над глиняным сосудом с живой (ключевой, ср. Быт.26:19) водой, так что кровь смешивалась с последнею. Затем священник омокал в это соединение крови и воды упомянутые 3 предмета и живую птицу (именно верхние перья на хвосте и крыльях, Негаим 14:1), 7 раз кропил очищаемого, объявлял его чистым и отпускал живую птицу в поле. По мнению евр. толкователей, закланная птица символически означала равную смерти жизнь прокаженного в болезни (проказа сопоставляется с смертью, напр., в Чис.12:12), а выпущение на волю живой птицы – начало обновленной для него жизни по выздоровлении; равно как и кедровое дерево (этому дереву, считавшемуся не гниющим, и в частности кедровому маслу в древности усвоялась сила предохранять даже трупы от разложения), червленая нить (символ крови, след. жизни) и иссоп (- очищения Пс.50:9) указывали (ср. Чис.19:6) на этот переход выздоровевшего из состояния смерти к обновленной жизни. Переход этот символически обозначался 7-кратными кроплениями – кровью птицы (птичьей крови в древности усвоялась дезинфицирующая сила в накожных болезнях) и «живою» водою. Закалаемая птица не сожигалась на жертвеннике, но заклание одной птицы и отпущение другой, издревле сопоставляемое толкователями с обрядом 2-х козлов в день очищения (Лев.16), выражало идею жертвенного воссоединения (в кроплении) освободившегося от проказы с общиною. Символом этого, гражданского, воссоединения было омовение выздоровевшего водою и стрижение им волос. Но еще 7 дней должны были пройти между воссоединением его с обществом и с святилищем; он входил лишь в стан, но еще не выдворялся в собственный шатер.

Лев.14:9. в седьмой день обреет все волосы свои, голову свою, бороду свою, брови глаз своих, все волосы свои обреет, и омоет одежды свои, и омоет тело свое водою, и будет чист; 
Лев.14:10. в восьмой день возьмет он двух овнов [однолетних] без порока, и одну овцу однолетнюю без порока, и три десятых части ефы пшеничной муки, смешанной с елеем, в приношение хлебное, и один лог елея; 
Лев.14:11. священник очищающий поставит очищаемого человека с ними пред Господом у входа скинии собрания; 
Лев.14:12. и возьмет священник одного овна, и представит его в жертву повинности, и лог елея, и принесет это, потрясая пред Господом; 
Лев.14:13. и заколет овна на том месте, где заколают жертву за грех и всесожжение, на месте святом, ибо сия жертва повинности, подобно жертве за грех, принадлежит священнику: это великая святыня; 
Лев.14:14. и возьмет священник крови жертвы повинности, и возложит священник на край правого уха очищаемого и на большой палец правой руки его и на большой палец правой ноги его; 
Лев.14:15. и возьмет священник из лога елея и польет на левую свою ладонь; 
Лев.14:16. и омочит священник правый перст свой в елей, который на левой ладони его, и покропит елеем с перста своего семь раз пред лицем Господа; 
Лев.14:17. оставшийся же елей, который на ладони его, возложит священник на край правого уха очищаемого, на большой палец правой руки его и на большой палец правой ноги его, на места, где кровь жертвы повинности; 
Лев.14:18. а остальной елей, который на ладони священника, возложит он на голову очищаемого, и очистит его священник пред лицем Господа. 
Лев.14:19. И совершит священник жертву за грех, и очистит очищаемого от нечистоты его; после того заколет жертву всесожжения; 
Лев.14:20. и возложит священник всесожжение и приношение хлебное на жертвенник; и очистит его священник, и он будет чист. 
Лев.14:21. Если же он беден и не имеет достатка, то пусть возьмет одного овна в жертву повинности для потрясания, чтоб очистить себя, и одну десятую часть ефы пшеничной муки, смешанной с елеем, в приношение хлебное, и лог елея, 
Лев.14:22. и двух горлиц или двух молодых голубей, что достанет рука его, одну из птиц в жертву за грех, а другую во всесожжение; 
Лев.14:23. и принесет их в восьмой день очищения своего к священнику ко входу скинии собрания, пред лице Господа; 
Лев.14:24. священник возьмет овна жертвы повинности и лог елея, и принесет это священник, потрясая пред Господом; 
Лев.14:25. и заколет овна в жертву повинности, и возьмет священник крови жертвы повинности, и возложит на край правого уха очищаемого и на большой палец правой руки его и на большой палец правой ноги его; 
Лев.14:26. и нальет священник елея на левую свою ладонь, 
Лев.14:27. и елеем, который на левой ладони его, покропит священник с правого перста своего семь раз пред лицем Господним; 
Лев.14:28. и возложит священник елея, который на ладони его, на край правого уха очищаемого, на большой палец правой руки его и на большой палец правой ноги его, на места, где кровь жертвы повинности; 
Лев.14:29. а остальной елей, который на ладони священника, возложит он на голову очищаемого, чтоб очистить его пред лицем Господа; 
Лев.14:30. и принесет одну из горлиц или одного из молодых голубей, что достанет рука очищаемого, 
Лев.14:31. из того, что достанет рука его, одну птицу в жертву за грех, а другую во всесожжение, вместе с приношением хлебным; и очистит священник очищаемого пред лицем Господа.

По истечении 7 дней совершался 2-й и окончательный акт очищения прокаженного – акт церковно-религиозного воссоединения бывшего больного с святилищем и Иеговою. Предварительно совершалось вторичное омовение всего тела прокаженного после обрития всех волос – на голове, бороде, бровях и вообще на всем теле для окончательного уничтожения всех следов болезни и для полного убеждения своего и других, что нигде у него нет следов бывшей проказы. Теперь, омывшись, как уже чистый, выздоровевший приступал в 8-й день в святилище с 2-мя овнами (возрастными), одною однолетнею овцою и хлебным приношением – 3/10 ефы муки (около 9 фунт.) и 1 логом (1/2 гина = по раввинам, вместимости 6 яиц) елея. Священник поставлял выздоровевшего у входа скинии и, представив овна, предназначенного в жертву повинности, Господу – посредством «потрясения», закалал на обычном месте прежде всего эту жертву повинности: состояние отлучения прокаженного от святилища было как бы нарушением прав Иеговы, которые и восстановлялись теперь упомянутою жертвою (как нарушивший, хотя и невольно, право Иеговы, бывший прокаженный и не принимает активного участия в жертвоприношении). Кровью жертвы повинности священник помазывал край правого уха, большой палец правой руки и большой палец правой ноги, т. е. те самые члены, какие были помазаны у первосвященника и священников в день посвящения их кровью жертвы посвящения (Лев.8:23–24). Этим указывалось священническое достоинство отдельного израильтянина, в котором бывший прокаженный и восстановлялся теперь. Далее обычным обрядом совершалась жертва греха, всесожжение и приношение хлебное. Но прежде еще следующим образом был употребляем елей, служивший необходимым дополнением к существенной жертве данною обряда – жертве повинности: из лога елея священник наливал несколько на левую ладонь свою; перстом правой руки, отсюда омокая, кропил 7 раз пред Иеговою, т. е. пред жертвенником всесожжений (ср. Лев.8:11); оставшийся елей на ладони он возливал на только что помазанные кровью члены тела его, а остальной елей он возливал на голову очищаемого (как при посвящении Аарона, только на голову последнего возлито было святое миро, а не простой елей, Лев.8:12, ср. Исх.30:30–32), чем очищаемый всецело воссоединялся с святилищем, и вообще, по выражению Ф. Аквината, resttuebatur consortio hominum et cultui divino. Кровь знаменовала завет, здесь возобновляемый с отдельным членом общества Иеговы, а елей – символ милости к нему Иеговы (ср. блаж. Феодор. вопр. 19). В случае бедности очищаемого 3 последние жертвы – жертва греха, всесожжение и хлебное приношение могли быть принесены из менее ценного материала: 2 голубя или горлицы в жертву греха и всесожжение и 1/10 ефы муки – в хлебное приношение. Но овна повинности вместе с логом елея ничем нельзя было заменить: жертву повинности одинаково приносил богатый и бедный. Обряд очищения был существенно тот же.

Лев.14:33. И сказал Господь Моисею и Аарону, говоря: 
Лев.14:34. когда войдете в землю Ханаанскую, которую Я даю вам во владение, и Я наведу язву проказы на домы в земле владения вашего, 
Лев.14:35. тогда тот, чей дом, должен пойти и сказать священнику: у меня на доме показалась как бы язва. 
Лев.14:36. Священник прикажет опорожнить дом, прежде нежели войдет священник осматривать язву, чтобы не сделалось нечистым все, что в доме; после сего придет священник осматривать дом. 
Лев.14:37. Если он, осмотрев язву, увидит, что язва на стенах дома состоит из зеленоватых или красноватых ямин, которые окажутся углубленными в стене, 
Лев.14:38. то священник выйдет из дома к дверям дома и запрет дом на семь дней. 
Лев.14:39. В седьмой день опять придет священник, и если увидит, что язва распространилась по стенам дома, 
Лев.14:40. то священник прикажет выломать камни, на которых язва, и бросить их вне города на место нечистое; 
Лев.14:41. а дом внутри пусть весь оскоблят, и обмазку, которую отскоблят, высыпят вне города на место нечистое; 
Лев.14:42. и возьмут другие камни, и вставят вместо тех камней, и возьмут другую обмазку, и обмажут дом. 
Лев.14:43. Если язва опять появится и будет цвести на доме после того, как выломали камни и оскоблили дом и обмазали, 
Лев.14:44. то священник придет и осмотрит, и если язва на доме распространилась, то это едкая проказа на доме, нечист он; 
Лев.14:45. должно разломать сей дом, и камни его и дерево его и всю обмазку дома вынести вне города на место нечистое; 
Лев.14:46. кто входит в дом во все время, когда он заперт, тот нечист до вечера; 
Лев.14:47. и кто спит в доме том, тот должен вымыть одежды свои [и нечист будет до вечера]; и кто ест в доме том, тот должен вымыть одежды свои [и нечист будет до вечера]. 
Лев.14:48. Если же священник придет и увидит, что язва на доме не распространилась после того, как обмазали дом, то священник объявит дом чистым, потому что язва прошла. 
Лев.14:49. И чтобы очистить дом, возьмет он две птицы, кедрового дерева, червленую нить и иссопа, 
Лев.14:50. и заколет одну птицу над глиняным сосудом, над живою водою; 
Лев.14:51. и возьмет кедровое дерево и иссоп, и червленую нить и живую птицу, и омочит их в крови птицы заколотой и в живой воде, и покропит дом семь раз; 
Лев.14:52. и очистит дом кровью птицы и живою водою, и живою птицею и кедровым деревом, и иссопом и червленою нитью; 
Лев.14:53. и пустит живую птицу вне города в поле и очистит дом, и будет чист.

Закон о загадочной проказе домов вступил в силу лишь с того времени, когда Израиль уже не жил в палатках, как при Моисее, но – по занятии Ханаанской земли – в домах (и другие законы рассчитаны лишь на время по поселении в Ханаане, ср.Лев.19:23, 23:10, 25:2): в пустыне кожи, войлока и ткани для палаток подчинились закону (Лев.13:47–59) об одежде. Предписания о действиях священника в случае поражения какого-либо еврейского дома проказою, видимо напоминая постановления о проказе на людях и одеждах, несомненно имеют не столько медицинский или антисептический, санитарный характер, сколько ритуальный: проказа домов не признавалась прилипчивою, но оскверняющею, – вещи, бывшие в доме, не считались заразительными, но лишь оскверняли человека по объявлении дома нечистым; равным образом, люди, входившие в дои, запертый вследствие проказы, спавшие в нем и вкушавшие пищу, только считались нечистыми до вечера. Наконец, и очищается проказа домов тем же символическим обрядом, как и выздоровевший от проказы, «очистившийся» человек (Лев.14:4–7). В чем собственно состояло это «цветение» дома (Лев.14:43), образование на стенах его зеленоватых и красноватых углублений – ямин (Лев.14:37), определить весьма трудно. Произвольно мнение тех исследователей (Абарбанеля, Трузена и др.), которые и проказу домов (как и проказу одежд) объясняли заражением от больных проказою людей; но 1) в законоположении о проказе домов последняя, без сомнения, является не как следствие заразы, как видно из отмеченных выше указаний о вещах и лицах, бывших в доме и делавшихся только нечистыми, но не зараженными; 2) самый переход проказы людей на камни и стены сомнителен. Мало вероятно и объяснение новых исследователей (Михаэлиса, Винера и др.), по которому рассматриваемое явление – селитристая ржавчина, так как последняя обычно белого цвета, а характеристический признак проказы на домах – зеленоватые или красноватые впадины на стенах – не имеет с предполагаемою ржавчиною ничего общего. По верованию позднейших иудеев, имеющему некоторую опору в Библии (Лев.14:34), проказа домов возникала не обычным, естественным образом, а была сверхъестественным делом Иеговы, и ею поражались только дома евреев, а не язычников, и лишь в Ханаане, а не вне этой страны (Маймонид: non accidebat juxta consuetum naturae ordinem, sed signumet miraculum erat in Israele, ср. Негаим 12:1–4). По вероятному объяснению Соммера (Bibl. Abhand. I, S. 220) и Камфаузена (Riehm, Worterb. Bibl. Alterth., ?. 1, Bd. 1:580), проказа домов состояла в растительных образованиях, лишаевидных наростах, появляющихся на выветрившихся камнях и отсырелых стенах, несколько углубляющихся в поверхность камней. Из этих лишаев некоторые породы чрезвычайно сходны с сыпью на коже, одна из них называется genus spiloma, а другая – самая распространенная – известна под именем lepraria. Живое воображение и конкретное мышление древних евреев легка могло сближать эти лишаи на материалах домов с человеческою проказою и усвоить им это имя.